– Я сказал, отпусти ее.

Альбинос быстро оттолкнул девушку через всю комнату, и лицо его стало таким же белым, как и волосы.

– Посмотри на его руку, – прошептал он. – Она так трясется! Пошли отсюда, ради Бога.

Мак-Гайр перестал улыбаться, но на лице его не было страха. Он стоял, засунув руки в карманы, не отрывая глаз от Шавасса, которого била такая сильная дрожь, что он едва удерживал пистолет.

– Всем стоять на местах, – приказал Шавасс. – Я ничего не гарантирую, если эта штука снова бабахнет. – Он кивнул Мак-Гайру. – Ты, бросай кошелек сюда.

Мак-Гайр без колебаний вытащил бумажник и швырнул на стол. Левой рукой Шавасс открыл его. Тот был битком набит купюрами.

– Сколько здесь?

– Пару сотен, – спокойно ответил Мак-Гайр, – может, чуть больше.

– Этого хватит заплатить за ущерб. Остальное пойдет вдовам и сиротам. – Шавасс взглянул на девушку и спросил по-китайски: – Полицию вызвать?

Она покачала головой.

– Нет, не надо.

Кухонная дверь за ее спиной распахнулась, показались два официанта и повар, китайцы. У официантов в руках были кухонные ножи, а повар держал нож для разделки мяса.

– Лучше идите отсюда, пока не поздно, – посоветовал Шавасс Мак-Гайру. – Ты совершил грубую ошибку. Эти люди по-своему расправляются с такими подонками, как вы.

Мак-Гайр приятно улыбнулся.

– Я припомню тебе это, приятель. – Он кивнул остальным, и все быстро вышли. Дверь захлопнулась, и мгновение спустя автомобиль быстро пересек площадь. Шавасс положил «вальтер» в карман, облокотился о стол, глубоко вздохнул и как будто сразу потерял все силы.

Он взглянул на девушку и устало улыбнулся.

– Думаю, я допью бренди, если с вами все в порядке.

Но она рассердилась, и это было странно. Повернувшись на каблуках, она прошла мимо официантов на кухню. Шавасс взглянул на толстяка, удивленно подняв брови.

– Я что-нибудь не так сделал?

– Ничего-ничего, – заверил толстяк. – Она расстроилась. Вот, пожалуйста, ваш бренди.